Главная страница > Мастера каратэ > Истории из жизни > Воспоминания о президенте Кёкусин-кайкан Ояма Масутацу

Воспоминания о президенте Кёкусин-кайкан Ояма Масутацу

У каждого из трех выдающихся мастеров, с которыми свела меня судьба, были свои, ярко выраженные черты характера. Если взять главу Кёкусин - мастера Ояма Масутацу, то я сказал бы, что он был выдающимся, эффектным, чрезвычайно пылким человеком. Не знаю другого человека, у которого бы так четко было выражено собственное «я».

Есть такое выражение, характеризующее одну из граней поведения воина: «Самурай, хоть и не ел, а сыто отдувается». Как бы ему ни было тяжело, каким бы страстным желанием или чувством он ни был одержим, он и виду не подаст, и никогда не покажет, что с ним что-то не так. Ни о каких низменных проблемах, например о деньгах, не могло быть и речи, Учитель всегда жил в каком-то другом, высоком измерении, вот какое впечатление оставалось после знакомства с мастером Ояма.

Вместе с тем он не отрывался от реального мира. Например, я нередко слышал от него слова: «В мире самое страшное - это голод».

Он часто говорил нам, директорам отделений: «Вы учителя, инструкторы, но не забывайте и о том, что вы руководители. Директор, не имеющий способностей к руководству, - не директор». Он часто твердил: «Ресторан, которому суждено разориться, - разорится, пусть он находится в самом выгодном месте. Следует основное внимание концентрировать на методе ведения любого дела, а не путаться в мелочах».

«Борьба» - это не то, что происходит только на ринге или на соревнованиях. И, конечно же, это понятие гораздо шире, чем обычный бой с конкретным противником. Сама жизнь - это поединок. Если ты вступил в бой, то должен победить!

Есть выражение: «Подъем и упадок - в порядке вещей», и для нас «упадок» - это проигрыш. Принимай это как должное, а вот если ты ловчишь, избегаешь борьбы, то это и есть поражение. Человеку суждено бороться до самой .смерти. Возьмем, например, болезнь. Если ты за болел, то вот он, твой враг - болезнь. И ты должен его победить.

У главы нашей школы мастера Ояма я научился жить, не щадя себя. И убежден, что «Дух Кёкусин»1 - это жить в полную силу. Учитель никогда не искал легких путей, это был демон Асура2, мчащийся по краю пропасти. Именно поэтому в Кёкусин есть дух «ОС». Как раз это я до мозга костей, до боли прочувствовал на себе. Человек на самом деле довольно слабое существо. И я многому научился у мастера Ояма, научился не внешнему, показному, а скрытому, истинному. У него тоже были слабости, у кого их нет, но его сила была в том, что этим слабостям он объявил беспощадную войну. Учитель столько усилий прилагал на этом пути, что я «не гожусь ему и в подметки».

В тяжелейшее послевоенное голодное время он не изменил любви к каратэ. От скромного районного зала прошел путь до всемирно известного «Кёкусин-кайкан». Я склоняю голову перед гигантскими усилиями, которые приложил глава «Кёкусин» для развития нашей школы.

Но при этом, я думаю, нельзя не почувствовать, так сказать, «руку судьбы», влияние неких сил, превосходящих обычный человеческий разум. Мы, конечно, и не могли себе представить, что станем когда-нибудь директорами отделений или будем вообще зарабатывать на жизнь, занимаясь каратэ. Да и сам Ояма тоже никогда не ставил себе такую цель. Он часто говорил впоследствии: «Я однажды вдруг заметил, что это уже факт». Мне кажется, что так оно и было. Просто результат савпадений наших усилий с внешними обстоятельствами стал движущей силой развития Кёкусин. Наверное, это и есть сила «судьбы» самого Ояма Масутацу. Или, как у нас говорят, «сила добродетели человека».

В то время Будо каратэ подвергалось острой критике, его считали феодальным пережитком, пытались представить «порочным стилем», обычной дракой в полный контакт. В этой ситуации, можно сказать, в окружении врагов Ояма как настоящий воин принимает отчаянный бой, и ему удается полностью изменить общественное мнение о каратэ на совершенно противоположное. Достижения главы школы и здесь заслуживают максимальной оценки. Благодаря усилиям Мастера Ояма, каратэ получило мировое признание, хотя, вероятно, в узких кругах, оно и раньше было оценено по заслугам.

Хацуо Рояма